|
Тогда читайте!
Началась знакомая промзона. Машина притормозила и свернула в сторону реки, где, вроде бы, ничего не должно было быть! Заскрипели ничем не примечательные раздвижные ворота. Здесь их не один десяток уже повстречался. Машина прокатила по извилистой дорожке через пустырь к единственному строению, почти на берегу реки. Остановилась у входа. Здесь были припаркованы еще две стареньких восьмерки. На скамейке у входа сидели четверо, как показалось, пьяных бомжа, и о чем-то переругивались. Верзила сказал:
- Вот и приехали! Иди! Тебя сейчас встретят!
Машина развернулась и уехала к воротам. Онуфрий стоял, и растерянно смотрел на бомжей. Пытаясь понять, развели его или решили посмеяться, высадив у этого заброшенного притона.
Бомжи заметили семинариста. Один весело крикнул:
- Что стоишь? Батя! Прочитай нам проповедь о вреде чревоугодия!
Остальные дико заржали переходя на кашель.
Дверь входа в строение распахнулась, и из нее вышла, как показалось Онуфрию, то ли балерина, то ли теннисистка. Одного ее взгляда на бомжей было достаточно, чтобы те замолкли, и покашливая, втянулись в здание.
Девушка подошла к Онуфрию, глянула ему в глаза. Взгляд был гордый, недоступный, но теплый и любопытный. Выждав паузу, сказала оторопевшему семинаристу:
- Долго же ты нас искал, Онуфрий! Идем, я провожу тебя к нашему Старейшине Общины!
Онуфрий поплелся за девушкой, невольно разглядывая ее стройную и женственную фигуру.
За дверью, как у всех заводских корпусов, оказалась проходная с вахтером. Дальше небольшой холл с вешалкой для одежды, и широкая лестница на второй этаж. Перед лестницей, в обе стороны, уходили коридоры.
Пройдя в один из них, девушка отворила одну из похожих друг на друга дверей, пропустила парня вперед, и закрыла за ним дверь.
Онуфрий оказался в типичном кабинете мелкого чиновника. Шифоньер, книжный шкаф, письменный стол напротив окна, приставной стол для приема сослуживцев, простенькая гардина на окне, компьютер на краю стола. За окном ржавая ферма моста через реку, залив реки, унылый и серый осенний день.
Старейшина оказался вообще не старейшиной. Простой и скромный парень, чуть старше самого Онуфрия. Пригласил к столу, предложил согреться чаем. За чаем узнал о цели визита. Внимательно выслушал. Предложил делами заняться завтра. Сослался, что расположить гостя на ночлег в Общежитии негде, так как не предусмотрены гостевые комнаты, повез семинариста в рабочий поселок.
Дорога была довольно длинной. Пришлось ехать через забитый пробками город. Старейшина сам вел старую девятку со сноровкой бывалого гонщика. Отвлекать его расспросами Онуфрий не решился.
Поселок Северный, оказался брошенной военной частью, которую Общинники обустроили под свои надобности.
Оставив Онуфрия в первом попавшемся коттедже, Старейшина уехал.
Дальше события закрутились так, что семинарист опомнился, только оставшись один.
Встал с постели, заправил ее, умылся, помолился, пробежал глазами, написанный вчера черновик отчета. Кое-что вычеркнул, кое-что записал. Открыл дверь комнаты и выглянул в холл.
Внизу, кроме Сороки и Василь Василича, никого не было. Сорока сидела на полу у камина, поджав под себя свои красивые ноги, и чесала гребнем кота, вычесывая линялую шерсть и бросая ее в камин. Странно, но паленой шерстью не пахло. Василь Василичу такая процедура уже наскучила, и он пытался слинять из рук Сороки. Наконец, когда девушка очищала гребень от шерсти, кот изловчился и улизнул под диван. Поймать его девушка не успела. Откинулась назад, поправляя пышную гриву волос, увидела семинариста:
- Доброе утро! Онуфрий! Умывайся, и спускайся завтракать! Все наши уже давно на работу уехали!
Онуфрий вернулся в комнату, еще раз пробежал глазами черновик, собрался с мыслями, и спустился в холл. Столик был уже накрыт. Сорока сидела в кресле у камина и пыталась выманить кота из под дивана. Кот с независимым видом, прошествовал к выходу из коттеджа. Автоматика на него сработала, и двери выпустили кота на улицу.
Онуфрий перекрестился, прочитал молитву, еще раз перекрестился, и приступил к трапезе.
По окончании трапезы, Сорока отнесла посуду в свою подсобку. Пока девушки не было, Онуфрий осмотрел холл. Ничего примечательного в нем не было. Обычное место, где могла собраться на отдых большая семья или группа людей. Самые привычные домашние вещи. Диваны, кресла, стулья, телевизор, журнальный столик, бар с холодильником, несколько тумбочек, на одной из них стояла швейная машинка. И ничего лишнего. Ни картин, ни украшений. Все просто и максимально удобно. А главное никакого намека на религию!
Онуфрий поднял глаза к потолку. И удивился. Потолка не было. Крыша коттеджа была прозрачной. Но что это!? По ранту крыши идет какая-то надпись. Приглядевшись, прочитал знакомые заповеди Господни. Вот оказывается как их хранят Общинники!
За этим занятием его застала Сорока. Спросила:
- Ну как? Все на месте? Ничего не пропало?
- Все на месте!
- Ну и слава Богу! У тебя есть пара часов отдохнуть или прогуляться по поселку. Потом за тобой заедет Вий, отвезет в Общагу. В поселке сейчас осталась только охрана на входе, Сороки в коттеджах, Леший, и инструкторша в ангаре. Можешь зайти в любое помещение и осмотреть. Замков и запоров у нас нет!
- К тебе несколько вопросов можно?
- Задавай!
- Вчера ты всех Нечистью назвала. Это как понимать?
- Мы и есть Нечисть! Ведьмы, колдуны, черти и прочая Нечисть!
- И Сатана у вас есть?
- Нет! На роль Батьки мы не претендуем!
- Вы Сатанисты?
- Нет! Мы дети Лилит!
- Это кто такая?
- Первая женщина Адама!
- Первой женщиной Адама была Ева!
- Онуфрий! Похоже, твои святые отцы мозги тебе прочистили, как замполит в армии! А историей религии ты сам не интересовался?
- В Ветхом завете писано....
- Еще более Ветхий завет почитай! Первых людей Творец создал по своему образу и подобию. Вот только первые люди не договорились, кто из них будет главным. Лилит не захотела подчиниться Адаму, сбежала от него из Райского сада и спуталась с Сатаной. Вот после этой ссоры, и была Творцом создана Ева из ребра Адама.
- Если вы Нечисть, то почему вы служите Богу?
- Он наш Дед, и его деяния нам больше по сердцу, чем дела Мамки и Папки!
- Тогда почему, кроме заповедей, у вас нет ничего присущего служителю культа?
- Кроме заповедей, нам Творец ничего не оставил! Все остальное, люди создали для своего культа. Мы же Творца в кумиры не возносим. Просто чтим его заповеди. Нам незачем вымаливать у него прощения! В отличии от людей, ведущих свой род от рода проклятого Каина, нас Творец не проклинал, и мы к нему намного ближе, чем вы!
Продолжение следует.
|
|
+3 |
